·К·Р·А·П·И·В·А·

PATREONTGFBVKПОИСК

Практики колдовства, доступ к магии и порталы для будущего

Charlotte Jarvis, In Posse: Female Sperm, installation

Зимой на прогулках лаборатории «Что вообще происходит?» я читала Тимоти Мортона, и во второй половине книги совершенно неожиданно обнаружила, что этот современный британский философ, профессор американского университета, представитель авангардных на данный момент объектно-ориентированных онтологий, прямым текстом пишет про магию. Как про нечто действительно существующее и то и дело проявляющее себя, несмотря на стремление все ещё рационально настроенных людей к расколдовыванию мира.

Книга «Стать экологичным» посвящена глубокому кризису отношений людей с не-людьми, той совокупностью разных агентов, которую принято называть «природой», и которая уже настолько пострадала от многовековой человеческой деятельности, что готова в ближайшем будущем привести человечество к общей смерти.

«Что вообще происходит?» — перформанс Марины Шамовой, Вали Луценко и Ани Кравченко в формате коллективной прогулки, Петербург, 16 апреля 2021, фото: Егор Рогалев

Вытеснение старающимся быть рациональным человеком природы из обладающего собственной агентностью содержимого жизни очень похоже на вытеснение любой магии из политически легитимной культуры. Или на вытеснение женщин. Людей с ограниченными возможностями здоровья. Людей с «нетаким» цветом кожи или «нетаким» выбором сексуальных партнёров. Даже неплохо образованные персоны могут одинаково кривиться при упоминании геев, феминисток, прав животных или ясновидящих. Кстати, особенно ясновидящих, которых в публичной риторике предпочитают относить то к больным (как геев), то к мошенницам (как, может быть, «пиарящихся» феминисток).

Тем не менее, в современной, даже академически приемлемой речи существуют довольно внятные объяснения, почему любые люди равны, почему животные или природные сообщества имеют собственные интересы и, соответственно, должны бы обладать правами. Вот только с магией такой ясности нет. Она остаётся либо чем-то несуществующим (хотя, если честно приглядеться, то магические практики других буквально окружают нас, паутиной, толпой), либо чем-то не очень приличным. Обманом — то есть снова ненастоящим. Или глупостью, над которой принято посмеиваться.

Charlotte Jarvis, In Posse. Female semen half way through being made and fresh out the fridge. Photo: Miha Godec

Тимоти Мортон, который, напротив, вполне приличен (и поэтому я могу на него, не стесняясь, ссылаться, в отличие, допустим, от Кастанеды), связывает магию, во-первых, с харизмой, а во-вторых — с будущим.

Некоторые вещи являются вратами или порталом для будущего. Даже для будущего будущего, неотменяемого и непредсказуемого — тут Тимоти Мортон ссылается на понятие l’arrivant у Деррида, и рассматривает в качестве вещи-портала часовню Ротко, то есть объект (агента?) современного искусства. Таким образом, будущее может прийти через какие-то вещи, способные быть порталами. Запахло фантастическим кино, но если мы предположим, что такое происходит в «реальности», то очень похоже, что это та самая магия. Я бы даже добавила к вещам-порталам еще и места-порталы (имманентное невозможное, привет лекциям Йоэля Рэгева на Открытом философском факультете, которое вдруг все-таки осуществляется, как мы и хотели), и события-порталы. А теперь посмотрим на действительно реальные магические практики, и мы увидим что они как раз связаны с будущим. Либо с предсказанием (обнаружением) будущего, к которому надо бы подготовиться. Либо с производством нужного по каким-то человеческим причинам будущего.

Евгения Суслова, «Empathy», интерактивная инсталляция, 2020, триеннале музея «Гараж»

На фестивале Magic Market, который прошел в феврале 2021 года в Петербурге и который мне лично удалось посетить, маг, таролог и свечевар Мила Белая Луна (таковы ее самоопределения) рассказывала о ритуале открытия дорог для решения какой-либо проблемы, открытия путей для решения. По ее словам, такой ритуал может проводиться в дверном проеме (вот как раз вещь-врата), но достаточно будет поставить две свечи по обеим сторонам от фотографии человека, чью проблему нужно решить. Похоже, что в магической практике вещь-портал не обязательно существует сама по себе — ее можно создать, смоделировать. Точно так же художни_ца способна создавать вещи или события, которые, может, и не приводят будущее, но в полной мере способны сообщать о нем. Шарлотта Джарвис из собственных стволовых клеток создает «женскую сперму», и, хотя в результате такой технологии в ближайшее время вряд ли появятся дети, будущее, заданное этим порталом, выглядит потрясающим. Одновременно такая практика является не только художественной и научной, но еще и явно алхимической (магической), с тем учетом, что для создания искусственного человека-гомункула алхимики могли использовать сперму и кровь.

Совершенно другой ритуал по содержанию, но с таким же названием «открытия дорог» предлагает Петр Никоненко в своем телеграм-канале Hoodoo Crossroad, посвященном магии худу, которую ассоциирует с традиционной африканской магией. Ритуал предназначен для успешного прохождения собеседования и проводится, в основном, на перекрестке, что символически, конечно, соответствует порталу. Для ритуала используется много вещей и веществ: бумага с текстом определенного псалма, свеча, монеты или бумажные купюры, пепел от сожженной бумаги, головной убор, левый ботинок колдующего, бутылка алкоголя, масла мускатного ореха, корицы, гвоздики, имбиря, лавровый лист, а также пыль с перекрестка. Все эти вещи и последовательное обращение с ними должны привести к желаемому будущему, то есть к успешному прохождению собеседования. Маловероятно, что такой набор использовался в какой-то исторической колдовской практике (особенно с тем учетом, что необходимость проходить собеседования появилась относительно недавно). Однако, мы видим, что современные маги не просто используют вещи-порталы (две свечи) или места-порталы (перекрестки), но и довольно отчетливо конструируют событие ритуала (взаимодействие колдующего и вещей) таким образом, чтобы оно стало вратами для нужного будущего. Например, в данном случае на одном из этапов пепел сожженной бумаги с псалмом нужно нанести на подошву левого ботинка, и отправиться на собеседование именно в нем.

Hilma Af Klint, Series VIII. Picture of the Starting Point, March 1920, photo: The Hilma Af Klint Foundation, Stockholm.

Простой запрос в Google показывает, что у ритуала открытия дорог существует множество модификаций, но, похоже, большинство из них действительно проводится на перекрестках. В простой версии Лилы Малькут вам будет достаточно пшена, четырех свечей и заклинания. А по версии портала «Кудесник» из пшена придется сварить кашу, а также, помимо каши и свечей, использовать конфеты (интересно, почему) и монеты. Все это наводит на мысль, что ритуал для нужного будущего может быть сконструирован вообще, как угодно, если только он проводится в месте, похожем на портал, но, вероятно, портал/перекресток можно просто вообразить.

Я не исключаю, что длинные списки вещей и действий вместе со сложно составленными заклинаниями появляются в содержании ритуала только тогда, когда он представлен в публичной речи, связанной с имиджем автора. Например, на семинаре по книге Сильвии Федеричи «Калибан и ведьма» в Студии 4413, где не было никакой съемки, а участни_цы, в основном, знали друг друга, одна из участниц рассказывала, что для налаживания отношений с начальницей всего лишь понадобилось положить записку с ее именем в сахарную пудру. А на моем семинаре-прогулке про Бабу Ягу участница рассказала, что ее бабушка, отводя детей в деревне в лес на весь день, распоряжалась надевать одежду наизнанку, чтобы леший не запутал, не заставил заблудиться. То есть, использование вещей в магической практике необязательно сопровождается сложной ритуальной частью, сочетающей выбор подходящего места, последовательность манипуляций и речь в виде заклинания или молитвы. Скорее всего, ритуальная часть действительно требуется для произведения впечатления на аудиторию, а магии (потенциала нужного будущего) в ней нет.

Marjorie Cameron, The Black Egg (self-portrait)

Современная исследовательница языка и медиа Евгения Суслова в своем фейсбуке пишет интересные вещи, которые, по сути, тоже могут касаться практической магии. Например, она пишет про свой художественный проект в «Гараже»: «Иногда, проектируя среду, ты создаешь ловушку для вопроса. Если ловушка работает, то ответ обнаружит себя сам. Нужно только немного подождать».

Я думаю, что если колдовство необходимо для предсказания, то мы тоже могли бы создать некую магическую ловушку для ответа на вопрос о будущем. Или это может быть ловушка — портал — для решения. Может, нужно самой быть ловушкой для колдовства, чтобы оно попалось и совершилось. Чтобы будущее осуществилось. И наверняка такой ловушкой/порталом (ведь это проходная ловушка, поскольку будущее течет и длится, а не останавливается в клетке) может быть работа художни_цы.

Leonora Carrington, The Giantess (The Guardian of the Egg), circa 1947, private collection, Mexico

Есть даже исторические примеры. Посмотрим на Хильму аф Клинт (1862 — 1944), которая занялась абстрактной живописью на несколько лет раньше Кандинского, в 1906 году, но по гендерным, скорее всего, причинам, ее творчество не было известно искусствоведам практически до конца 20 века. Шведская художница и мистик, Хильма примерно с 17 лет серьезно занималась спиритизмом — обращением к духам и общением с ними, как будто заправская шаманка. Пять молодых женщин, включая Хильму, создали кружок под названием «De Fem» («Пятёрка»). Они собирались, читали Библию и общались с духами. Известно, что они встречались с определенными духами, которых звали, например, Амалиэль, Ананда, Эстер, Георг, Грегор и Клеменс. Участницы кружка в измененном состоянии сознания практиковались в автоматическом рисовании. Это продолжается примерно 10 лет, а затем, в 1906 году Хильма получает от духа Амалиэля прямые указания о том, что надо создавать картины-медиумы. В результате она создает первую в мире серию абстрактных работ. В процессе работы над проектом она переходит на вегетарианство и занимается духовными практиками. Через несколько лет она знакомится со знаменитым мистиком Рудольфом Штайнером, который отнесся к ее картинам скептически. Так что Хильма аф Клинт их почти никому не показывает, духи уходят, и она пишет в завещании, что картины никому показывать нельзя в течение 20 лет после ее смерти.

Remedios Varo, Still Life Reslicitando, 1963

Здесь особенно интересно то, что художественная практика, по сути, совмещается с магической (то есть, спиритуалистической как версией магической). По указанию духа, картины должны были стать медиумами, то есть магическими объектами для трансляции сообщений из другого мира. Конечно, художники, или композиторы, или поэты довольно часто практикуют подобные вещи, но, поскольку магия далеко не всегда считается «пристойным занятием», мы о связи между магической и художественной практикой можем не знать, а только можем видеть результаты и смутно догадываться, что за этим стоит.

Известные художницы, которые не стеснялись связывать искусство и магические исследования, даже магические практики — это, например, Ремедиос Варо (1908 — 1963), Леонора Каррингтон (1917–2011), Кати Хорна  (1912 — 2000), Марджори Камерон (1922-1995), Розалин Нортон (1917 — 1979). Последняя была викканкой (Викка — неоязыческая религия, где практикуется колдовство) и возглавляла собственный ведьмовской ковен.

Leonora Carrington, Map of the Human Animal, 1962, courtesy Gallery Wendi Norris, NY

Марджори Камерон была весьма креативной последовательницей эзотерического учения Алистера Кроули — Телемы. Ее муж, ядерный физик, рано умер, и она связывалась с его духом с помощью ритуалов. Позже она организовала многорасовую оккультную группу под названием «Дети» для проведения ритуалов сексуальной магии с целью выведения смешанной расы «лунных детей», которые посвятили бы себя служению богу Хору из Телемы. Правда, вскоре участники стали бояться апокалиптических и политических пророчеств Камерон, и группа распалась. Так что Марджори нашла свое место в сообществе создателей современного искусства. Она снималась в артхаусных фильмах, занималась художественными и эзотерическими практиками. В 1964 году вышла ее книга «Черное паломничество» — сборник мистических стихотворений и чернильных рисунков.

Леонора Каррингтон, которая работала в Мексике вместе с Ремедиос Варо и Кати Хорна, в своих сюрреалистических произведениях постоянно изображает группы то женщин, то странных существ, которые явно занимаются магическими практиками. У Ремедиос Варо часто встречается образ магической или алхимической мастерской. Магические сообщества и магические пространства то ли отражают реальный опыт жизни художниц в их мексиканской арт-коммуне, то ли показывают желаемое волшебное, возможное будущее, идеальную картину как работы, так и отношений, где обязательно присутствует магия в виде рационально не объяснимых эффектов и связей (кстати, интересно вообще, почему будущие события должны иметь предпосылки/причины в уже случившемся, а не наступать просто так).

Hilma Af Klint, Group X. Altar, 1915, photo: The Hilma Af Klint Foundation / Albin Dahlstrom, The Moderna Museet, Stockholm

Таким образом, мы видим, что доступ к магии в виде использования и создания вещей-порталов и событий-порталов может быть осуществлен не только через то, что идентифицируется как колдовство (магические ритуалы), но и в полной мере — через художественные практики. Экономически обусловленное колдовство более практично, прагматично и внятно для заказчика. Искусство более захватывающе, и, может, поэтому в нем больше именно магии — наступающего просто так и завладевающего нами. Искусство не решает конкретные человеческие проблемы, оно делает с нами черт знает что.

И тут мы подходим ко второму «элементу», с которым Тимоти Мортон тоже связывает магию — к харизме. Мортон справедливо считает, что харизма присуща не только человеческим лидерам. Харизма — это сила, существующая у вещи (агента, персоны, места, события) как бы сама по себе. Это сила захватывать, влиять и менять. Это то, что позволяет вещи заявлять о себе и вынуждает учитывать ее интересы (вспоминаем кольцо Всевластья у Толкина), если, конечно, мы не будем сопротивляться и делать вид, что никаких магических сил не существует. Да, всегда есть проблема срабатывания магического ритуала. То есть, не всякий ритуал срабатывает. Не всякий арт-объект захватывает нас. Но некоторым это удается. Мне кажется, все дело в харизме, которой обладают в достаточной степени далеко не все колдуны и не все художники. Не случайно почти все маги, начиная с шаманов, обращаются к духам, богам или демонам (а художники, допустим, к музам — метафизическим агентам божественного происхождения). Все эти бесконечные существа и сущности, списки существ, являются персонализациями той силы, которой, мы, может, хотели бы обладать, или, по крайней мере, договориться с ней. Но вот, допустим, есть дерево («Вот Бегемот» ©), у которого мы почему-то останавливаемся и смотрим. Оно не совершает ритуалы, не обращается к духам, не молится, чтобы люди останавливались возле него. Оно просто есть, оно просто растет.

Rosaleen Norton, Fire Bird, courtesy Burgess Family

От редакции: текст Марии Митрениной основан на её выступлении на вольной научно-практической конференции «Магия и мы» 1 ноября 2020 в ДК Розы. Конференция, в фокусе внимания которой находились многообразные пересечения магии с современным искусством, философией и политикой, была организована совместно Институтом политической магии, проектом «Разные ведьмы», Центром визуальной антропологии РХГА и сетевым журналом К.Р.А.П.И.В.А.

Читать дальше